Тайны мировой парфюмерии

Image
Автор: Кирилл
Опубликовано: 62 дня назад (2 августа 2023)
0
Голосов: 0
Большая часть того, что написана про это в интернете — тщательно сконструированный и поддерживаемый ведущими производителями маркетинговый миф.

В мире осталось всего шесть крупных транснациональных компаний, изготовляющих душистые вещества и контролирующие большинство плантаций растений, дающих натуральные ингредиенты. Они же изготовляют из этих ингредиентов концентраты, которые потом на разных фабриках разбавляют спиртом, водой, добавляют консерванты и продают под тысячами разных брендов. Эти шесть компаний образуют картель. Они не могут открыто конкурировать с производителями душистых веществ из стран вроде Индии или Китая, потому используют грязные приемы, например, объявляя те или иные ингредиенты токсичными. Этим занимается "независимый" исследовательский институт, называемый IFRA, финансируемый, по совпадению, этими самыми корпорациями.

IFRA выкатывает два вида ограничений: на лютые яды и на ингредиенты, для которых разработаны запатентованные корпорациями заменители. С ядами понятно: некоторые ингредиенты, применявшиеся в парфюмерии прошлого, оказались канцерогенами или мутагенами, например, корень аира (каламуса) — его эфирное масло, взятое без обработки, вызывает рак печени. С запатентованными ингредиентами так: например, придумали Изо Е супер, запатентовали, производят. Сначала кончился патент на само вещество, потом на способ производства, а потом оно внезапно оказалось вредным! Хотя его клали по 15% в композиции и они проходили год от года все токсикологические проверки. Или, например, вещества с запахом гвоздики. Их много разных, но все былы объявлены очень раздражающими как раз в тот момент, когда появился патент на Метил Диантилис — их прямой заменитель.
IFRA лоббирует свои интересы в виде законов и правоприменительных практик. Например, в США у них нет статуса государственного закона, но в суде потребитель может отсудить много денег у производителя, не соблюдавшего стандарты IFRA под предлогом того, что они — профессиональный стандарт, принятый в индустрии.

Духи делают по формуле. Формула — это перечень ингредиентов, которые надо взять в определенной пропорции и смешать в определенном порядке. Формулу разрабатывает либо мастер–парфюмер, либо оператор особой компьютерной системы, заменяющей эксперта. Большая часть не самых дорогих и ответственных современных формул делается компьютером, которому скармливают условия — предполагаемую цену аромата, направления запаха, стойкость и другие. Парфюмеров, которые могут руками сделать хорошую формулу, в мире порядка 600 человек. Формулы тщательно охраняются и очень редко утекают из корпоративных архивов. Обычно формула содержит порядка 40 ингредиентов. Может быть меньше, скажем, 25, может быть больше, скажем, 80. Цифра 40 взялась потому, что парфюмеры их раньше писали на бумаге, а на лист влезает 38–40 строк, так и повелось.

Парфюмер может научиться делать духи, только изучив тысячи формул, сделанных парфюмерами до него. Единственный человеко–понятный метод составления композиций духов — знать на реальных примерах, что с чем сочетается в какой пропорции и какой эффект дает. Больше никаких реальных методов составления композиций нет. Компьютер формулы составляет, решая задачу оптимизации — рассчитывает, как быстро испаряются молекулы веществ с кожи, как сильно они пахнут, и в каком направлении пахнут. Формулы, сделанные компьютером, не похожи на сделанные человеком. Они тоже зачастую приятно пахнут, но иначе, так что люди–парфюмеры всё равно нужны.
Из необходимости изучения большого количества реальных формул и нужности человека–парфюмера в долгосрочной перспективе следует проблема: корпорациям надо решить, кому предоставить доступ к своим архивам для изучения. Эти люди выбираются не про принципу обладания исключительным нюхом или творческими способностями, а по способности следовать корпоративным правилам. Любого независимого парфюмера все время искушают возможностями получить больше знаний в обмен на подписку о неразглашении, и очень не многие могут устоять. А под подпиской их профессиональная жизнь резко меняется, свобода ограничивается навсегда. Сбежать от глобальных парфюмерных корпораций можно в Иран и в Северную Корею.

Для всех, кто не входит в круг посвященных в знания корпораций, выстроена система особой маркетинговой лжи о том, как делаются духи. Почти всё, что вы можете прочитать в книгах о том, как делаются духи, за редчайшими исключениями — талантливая ложь, которую поддерживают все кто в курсе. Есть книги формул, есть сайты, торгующие формулами, и среди них нет настоящих. Со стороны в это можно войти, либо найдя источник формул, не контролируемых по каким–то причинам корпорациями, либо делая дорогие химические анализы множества настоящих духов. Один анализ методом газовой хроматографии на подходящей установке стоит порядка 300$, а нужны их хотя бы несколько сотен, так что эта дорожка дорогая.

Большая часть брендов парфюмерии сами никак не контролируют процесс выпуска своих духов и даже их реальные формулы. Когда вы видите духи "Том Форд" или "Серж Лютен" — все их ароматы сделаны безымянными техническими работниками крупных корпораций, а формулы не принадлежат брендам. Если стоит имя парфюмера с именем — наверняка он был либо автором идеи в целом или просто техническим специалистом: чье мнение приняли во внимание. Есть исключительные случаи, например, у Chanel до сих пор есть и свой реальный парфюмер–человек, и свои прямые договоренности с плантациями душистых растений. И когда они говорят, что до сих пор используют абсолют цветов жасмина, сделанный во Франции, это, на удивление, правда.
Люди–парфюмеры делают формулы либо для маленьких независимых брендов, либо для самых ответственных духов больших корпораций. Новые духи Guerlain делались и будут делаться человеком — уровень и стиль требуется сохранять.

Всего известно порядка 3500 синетических душистых веществ, используемых в парфюмерии, каждное со своим уникальным запахом. Несмотря на все успехи химии, многие натуральные вещества до сих пор незаменимы, или их синтетические аналоги слишком дорогие. Например, эфирное масло сандалового дерева правдоподобно не заменятеся ничем. Плантации сандаловых деревьев в Индии сильно прорежены и вырубка теперь жёстко контролируется, так что килограмм эфирного масла стоит 2400$. И, например, если у вас сандаловые духи, в которых 25% композиции натуральное эфирное масло, то вы сразу получаете ценник 600$+ за килограмм концентрата. У массовых марок концентрат обычно стоит гораздо дешевле, у Tom Ford 80$ за килограм, у Amouage 120$. Из этого прямо следует, что у них будет в составе либо синтетика, либо недорогие натуральные ингредиенты типа эфирного масла апельсина, и пахнут они соотетственно "дёшево". Никаких настоящих жасмина, туберозы или сандала, вопреки заявлениям их маркетологов.

У духов с одним и тем же названием нет постоянного состава — ингредиенты меняются, подходы, публике нравится другое. Например, Chanel №5 серьёзно переформулировали не менее 7 раз за их историю. Они придуманы были парфюмером француского происхождения Эрнестом Бо, незадолго до Революции. Потом он влился в армию интервентов, стал комендантом концлагеря для русских, замучал там больше ста человек, потом сумел бежать во Францию и там устроился работать к Коко Шанель. Все знаменитые духи Chanel, кроме №19, сделаны им. Но, конечно, про само его существование мало кто знал тогда вне индустрии — он не отсвечивал.
Переформулировки не всегда делались к худшему в прошлом, например, когда были сделаны ландышевые духи Diorissimo, ещё не было некоторых прекрасных веществ. Когда их изобрели, автор лично доделал формулу, добавив их, сделав запах лучше и утонченнее, нежели у оригинала.
Недавние ограничения IFRA затронули большинство ингредиентов классической парфюмерии, так что духи старых марок при переформулировках обычно безвозвратно тереют свой шарм и очарование. Поэтому любители духов часто недовольны переформулировками — современные переформулировки всегда к худшему.

Советскую парфюмерную промышленности прибил картель, реализовавший долгосрочную стратегию. Советская парфюмерная промышленность с 1940–х годов полагалась на собственные силы: строились заводы, производящие душистые вещества, создавались плантации всего, что росло в климате СССР, а экзотические натуральные ингредиенты закупались у дружественных стран. Места во всем этом для западных фирм почти не было, у них закупали лишь некоторые отдельные редкие вещества, в небольших количествах. Но всё завертелось из–за одного бракодела, которого вовремя не отправили на пенсию. Когда Российская Империя прекратила существование, в СССР осталось несколько французских парфюмеров, согласившихся продолжить работу за валюту. К 1930–м остался только один, Август Мишель. Было принято решение дать ему двух учеников, Погудкина и Иванова, которые были техническими работниками парфюмерных фабрик. Иванов тем самым приобрел особый статус и стал главным и бессменным парфюмером Новой Зари. Его не могли отправить на пенсию, а он с годами профессионально выгорел, и не хотел делать уже ничего интересного. И тут западая фирма предложила ему: а вот у нас есть очень хорошая композиция, уже готовая. Вы её разбавите слабо пахнущими вашими ингредиентами, для приличия, и всё это назовёте новыми духами. Попробовали — мгновенный успех, аромат совршенно не советский, необычный! И понеслось. Уже через 10 лет почти все советские духи содержали хотя бы 10% иностранной композиции, которую местная промышленность не могла заменить и состав которой был неизвестен. Дальше больше, и к концу 1980–х из своих формул остались только реликты типа Красной Москвы. А потом, в начале 1990–х, картель в одночасье перестал что либо поставлять в Россию. Хлоп — и нету парфюмерной промышленности! Фабрики они купили за бесценок, полностью уничтожили их архивы и переориентирвоали производства только для разбавления их концентратов.

Похожие записи:

3 способа использовать чёрствый хлеб
Как точно отметить на стене место для фоторамки
Конец эпохи этилированного бензина
Задачки на собеседовании
Как продать 20 долларов за 200?
При какой температуре воды можно купаться | Какая вода считается безопасной